шаблоны wordpress.

Способны ли эмигранты из России добиться успеха за границей?

Кто и как способен достичь успеха за рубежом, какие для этого необходимы личные качества, какова роль случая, и где стоит заранее «соломки подстелить», беседуют Павел Данилин, философ Вячеслав Данилов и Александр Шпунт, директор московского Института инструментов политического анализа

 

Кто и как способен достичь успеха
за рубежом, какие для этого необходимы личные качества, какова роль случая, и
где стоит заранее «соломки подстелить», беседуют Павел Данилин,
философ Вячеслав Данилов и Александр Шпунт, директор московского Института
инструментов политического анализа

Гости программы:

Александр Шпунт — директор московского
Института инструментов политического анализа;

Вячеслав Данилов — философ.

Ведущий — Павел Данилин.

 

Данилин: Логика действий власти, планы оппозиции, а также
наиболее значимые политические события недели — обо всем этом мы будем говорить
максимально открыто с постоянным членом «Политбюро», философом
Вячеславом Даниловым, а также Александром Шпунтом, директором московского
Института инструментов политического анализа.

Две смерти потрясли политическое пространство,
одна из них произошла совсем недавно — это смерть бывшего олигарха Бориса
Абрамовича Березовского. Вторая смерть уже как-то подзабылась — в начале года в
Нидерландах умер Долматов, нацбол, член «Другой России».

Две смерти, казалось бы, совершенно разных
людей, живших за рубежом, бывших граждан России. Один из них — совершенно не
состоявшийся здесь, не состоявшийся там, другой — состоявшийся здесь и вроде бы
состоявшийся там.

Александр, вы длительное время жили за
границей, много общаетесь с бывшими и нынешними эмигрантами. Где проходит
граница между «состоялся» и «не состоялся»? Многие ли люди
могут сказать, что они сделали себя за границей?

Шпунт: Прежде всего,
надо отдавать себе отчет, что состояться за границей можно либо как
профессионалу, либо как бренду. Борис Абрамович Березовский, бесспорно, как
политик за границей не состоялся. Он это хорошо понимал с первой секунды, он
состоялся как бренд. Он вложил усилия, средства и время в то, чтобы
демонизировать собственное имя.

Данилин: Он и в России уже был демонизирован.

Шпунт: Да, он просто
использовал там российские наработки. Что касается работы по профессии, есть
три «слоя», которые проходит человек, приезжающий работать за
границу, если он не таксист и не моет посуду в пиццерии. В любой профессии, в
том числе и в программистской, в сфере компьютерных технологий, первый — это
специалист по России. Это самый низкий слой.

Данилин: Потому что это там никого не интересует?

Шпунт: Ты приезжаешь
как человек, который знает определенную запретную зону, по которой можешь
кого-то провести.

Данилов: А есть еще
спрос на это? Все-таки границы открыты.

Шпунт: Конечно есть,
потому что Россия по-прежнему остается очень выгодным местом для ведения
бизнеса. Это своеобразное Эльдорадо, то есть территория, которая обладает
золотом.

Второй
«слой» — это специалист из России. Твои профессиональные навыки не
привязаны к конкретной стране, тебя ценят за то, что ты обладаешь опытом,
связанным с Россией.

Данилов: Во Франции,
допустим, есть такое выражение: польский сантехник. В Америке, я слышал, было
выражение, во всяком случае, до последнего времени: русский компьютерщик.

Шпунт: Оно, бесспорно,
сохранилось. Я не хочу перегружать наших слушателей техническими терминами, но,
например, только русские пишут на машинных кодах, на языках программирования
самого низшего уровня.

Данилов: На ассемблере?

Шпунт: Да. Это
сохранилось только в русской культуре программирования. По крайней мере, я не
встречал ни одного индуса или китайца, который бы умел это.

Но я
сейчас о другом. Есть третий «слой», он самый сложный. Переход из
второго «слоя» в третий, который можно назвать так: «специалист.
Из России», самый сложный, он сопоставим с переходом от подполковника
российской армии до генерала — до подполковника может дорасти практически любой
офицер, честно служа на своем посту. Но вот в генералы переходит один из 50.

Последний
фильтр включается, когда о тебе говорят: «О, а он играет в регби».
«В регби? Почему в регби?» «Но он же из Австралии, там все
играют в регби». То есть маркер «из России» становится признаком
личности, а не профессии.

Данилов: А что для этого
надо? Водку пить, тушенку есть?

Шпунт: Нет, ни в коем
случае. Для этого всего лишь надо быть настолько крепким профессионалом, чтобы
твое происхождение оставалось незамеченным. Тогда твои национальные корни
становятся элементом отдыха, общения с коллегами вне работы…