шаблоны wordpress.

Золото скифов: Киев вступает в юридической бой с Крымом

alt20 мая Украина должна подать детальное ходатайство в Окружной суд Амстердама со своей позицией по сути дела о возвращении предметов искусства из крымских музеев. Это означает, что государство Украина вступает в разбирательство о так называемом «скифском золоте».
Речь идет о нескольких сотнях предметов искусства, которые на момент аннексии Крыма Россией, выставлялись в музее Алларда Пирсона.
Четыре крымских музея – Центральный музей Тавриды, Керченский историко-культурный заповедник, Бахчисарайский историко-культурный заповедник и Национальный заповедник «Херсонес Таврический» – обратились в суд с требованием вернуть экспонаты.

20 мая Украина должна подать
детальное ходатайство в Окружной суд Амстердама со своей позицией по сути дела
о возвращении предметов искусства из крымских музеев. Это означает, что
государство Украина вступает в разбирательство о так называемом «скифском
золоте».

Речь идет о нескольких сотнях
предметов искусства, которые на момент аннексии Крыма Россией, выставлялись в
музее Алларда Пирсона.

Четыре крымских музея – Центральный
музей Тавриды, Керченский историко-культурный заповедник, Бахчисарайский
историко-культурный заповедник и Национальный заповедник «Херсонес
Таврический» – обратились в суд с требованием вернуть экспонаты.

Украинское государство оспаривает
это требование, заявляя, что является законным собственником коллекции. В
начале апреля суд признал Украину заинтересованной стороной в споре, потребовав
представить детальное объяснение сути своих претензий.

Также сторонами процесса признаны
крымские музеи и музей Алларда Пирсона. Просьбу признать стороной государство
Нидерланды суд отклонил.

Всего стороны спорят о 565 музейных
предметах, которые в быту часто называют «скифским золотом», хотя
речь идет не только о золотых украшениях. Часть экспонатов выставки «Крым.
Золотой остров в Черном море» из музеев континентальной Украины была
возвращена в мае 2014 года.

Предметы искусства Украина отправила
за границу еще в 2013 году: до февраля 2014 года они выставлялись в Рейнском
краевом музее Бонна и только потом были отправлены в Нидерланды, где и оказались
во время аннексии Крыма.

В украинском министерстве юстиции,
формально представляющем государство на процессе, полагают, что без учета
апелляции и кассации разбирательство может продолжаться около года.

Рольф ван Хольте из голландской
юридической компании Oostwaard Advocaten предполагает, что процесс может
длиться и полтора года.

 

Политика в
искусстве

На время судебного спора предметы
искусства будут оставаться в запасниках музея Алларда Пирсона. Именно
амстердамский музей оплачивает хранение коллекции, в частности продолжение ее
страховки.

Руководство музея Пирсона заняло
нейтральную позицию. И крымские музеи, и украинский минюст говорят, что
пытались в досудебном порядке решить вопрос с музеем, но безуспешно.

Еще летом прошлого года музей
выпустил единственный пресс-релиз, объявив, что будет воздерживаться от
комментариев о судьбе крымской коллекции.

Представители музея отказываются
говорить даже о том, в каких условиях хранятся экспонаты.

Но в России и на Украине охотно
говорят о политическом привкусе дела.

«Это политический вопрос»,
– заявил Би-би-си председатель комитета Госдумы России по культуре Станислав
Говорухин.

По его словам, говорить о
возвращении коллекции преждевременно, потому что сам спор может продолжаться
несколько лет, «пока не урегулируются отношения между Россией и
Украиной».

Представители крымских музеев
говорят, что экспонаты стали «заложниками политической ситуации».

В петиции,
призывающей вернуть коллекцию в Крым, сказано, что усомниться в праве музеев на
эти предметы может только тот, кто делит «мировое культурное достояние по
«национальному» или «политическому» признаку».

Андрей Мальгин из Центрального музея
Тавриды называет ситуацию «объективно политизированной», но призывает
выйти из политической плоскости и не спорить о том, «кому принадлежит
Крым».

«Кому бы Крым ни принадлежал,
вещи должны быть там, где они всегда хранились, – в крымских музеях», –
говорит Андрей Мальгин.

Ответные обвинения в политизации
звучат и с украинской стороны.

«На сегодня у нас политического
подтекста нет, – говорит руководитель департамента представительства интересов
государства в международных и иностранных судах минюста Украины Ольга
Костишина. – А тот окрас, который пытаются этому придать российские каналы…
Может, там и есть какой-то политический подтекст. Мы пытаемся решить это в
юридической плоскости».

Эдриан Паркхауз из британской
юридической компании Farrer & Co убежден, что спор можно решить в
юридической плоскости, не переводя в политику.

«Ничего необычного нет в том,
что музеи или галереи удерживают объекты, на которые претендуют отдельные
владельцы. Что необычно в этом случае, так это то, что отдельными владельцами
являются государства», – говорит юрист и проводит параллель со случаями,
когда умирает владелец одолженных музею предметов и непонятно, кому же их
возвращать.

И поскольку музей не берет на себя
ответственность за такое решение, дело передается в суд, который и углубляется
в детали договора между музеями.

 

В Крым или в
Киев?

Украинская позиция строится на том,
что все экспонаты являются собственностью государства, и потому они должны быть
возвращены Украине.

Крымские музеи Украина рассматривает
как хранителей музейного фонда, который всё равно принадлежит государству.
Поэтому министерство культуры и просит вернуть коллекцию в Киев.

«Кроме этого, мы свою позицию
обосновываем тем, что при ввозе этих музейных ценностей на территорию
Королевства Нидерландов МИД Нидерландов дал официальную гарантию своим письмом,
где подтвердил, что все эти музейные ценности и предметы являются
собственностью государства Украина», – говорит Ольга Костишина из
министерства юстиции Украины.

По словам директора Центрального
музея Тавриды Андрея Мальгина, крымские музеи также апеллируют к контрактам,
подчеркивая, что в договоре с музеем Алларда Пирсона последний обязывался
вернуть предметы искусства им.

Кроме того, музеи настаивают на том,
что коллекция является частью «культурного наследия Крыма».

«Они найдены в Крыму, имеют
отношение к Крыму. И никакого отношения к территории Украины эти предметы не
имеют», — говорит Андрей Мальгин.

Украинский музейщик Александр
Полищук говорит, что экспонаты в Киеве будут лишь на временном хранении – до
тех пор, когда Крым перестанет быть для украинских властей временно
оккупированной территорией, и коллекцию можно будет вернуть туда.

«Все должно быть возвращено в
Украину и сохраняться временно, например, в Национальном историческом музее, в
сокровищнице, которая располагается в Киево-Печерской Лавре. Там есть Музей
драгоценностей Национального исторического музея», – считает Александр
Полищук, директор и совладелец коллекции украинского частного музея
«Древняя Аратта – Украина» в селе Триполье.

Крымские музеи, напротив, считают,
что Киев пытается «лишить крымские музеи их экспонатов, переместив их в
Киев на постоянное хранение».

Российские федеральные власти
пытаются дистанцироваться от спора, подчеркивая, что речь идет о требованиях
именно крымских музеев.

Такую же формулировку – вернуть
ценности в Крым (а не в Россию) – использовал российский министр культуры
Владимир Мединский. «Уникальная коллекция крымских музеев должна вернуться
в Крым», – заявил он в апреле прошлого года.

Это может быть связано с тем, что
Нидерланды, как и другие европейские страны, не признали аннексию Крыма
Россией, и любая формулировка, подразумевающая то, что Крым – это часть России,
будет заведомо проигрышной.

Эксперт по судебным спорам в сфере
предметов искусства Эдриан Паркхауз из Farrer & Co не исключает, что
голландский суд (первой инстанции или апелляционный) может быть вынужден в
своем решении заявить о политическом статусе Крыма, но это вовсе не обязательно
и решение может быть обосновано исключительно положениями договора между
музеями.

Голландский юрист Рольф ван Хольте
из Oostwaard Advocaten рассказал о трех возможных вариантах судебных решений:
помимо опций вернуть коллекцию музеям Крыма или государству Украина,
голландский суд может выбрать третью — отклонить ходатайства обеих сторон.

 

Значение
коллекции: что на кону?

«Выставка объединила в себе
самые яркие предметы ювелирного искусства от античности до времен раннего средневековья»,
– говорят в пресс-службе украинского минкульта.

Заведующая музеем исторических
драгоценностей Украины Людмила Строкова рассказывает, что экспонаты
представляют древнюю историю племен и народов, населявших современный Крым с 4
века до н.э.

Уникальность коллекции, по словам
Строковой, заключается уже в том, что эти предметы сохранились, а также в их
разнообразии.

«Это не только фрагменты
посуды, которые находят чаще всего при всех раскопках, это все-таки изделия из
драгоценных металлов, из камня, керамики. Такие вещи есть не в каждом музее на
постсоветской территории», – говорит Людмила Строкова.

В крымских музеях также говорят о
ценности коллекции и о ее особенном значении для Крыма.

В петиции, подписанной четырьмя
музеями, сказано, что для выставки отбирали самые лучшие экспонаты.

Заведующая отделом античной истории
заповедника «Херсонес Таврический» Ольга Грабар отмечает, что все
экспонаты, взятые из этого учреждения, «являются неотъемлемой частью
культурного наследия древнего Херсонеса, поскольку были найдены непосредственно
на территории Херсонесского городища».

По ее словам, они позволяют
представить расположенный на далекой окраине греческого мира Херсонес, как
элемент античной цивилизации.

«Их отсутствие значительно
сказывается на содержании экспозиции в целом, в том числе ее художественном
восприятии», – сообщила Ольга Грабар Би-би-си.

Среди застрявших в Амстердаме
ценностей скифское навершие (в холодном оружии – часть рукояти, противоположная
клинку – Ред.) 4 века до н.э. Его изображение является логотипом Центрального
музея Тавриды.

«Символ нашего музея уехал и не
вернулся», – говорит директор музея.