шаблоны wordpress.

Ширвиндт своего отечества

 
alt«Ширвиндт, не морочьте себе голову, оставайтесь!» – внезапно прозвучало из проезжавшего мимо старенького «шевроле». Ширвиндт вместе с коллегой Михаилом Державиным в это время прогуливались по совершенно незнакомому канадскому городу. Сюда они приехали поднимать дух советских хоккеистов, игравших в «Кубке Канады». «Это было сказано так, как будто мы с ним сутками напролет раньше об этом только и говорили, – писал позже в своей книге мемуаров известный актер и режиссер. – Но у меня никогда не было даже мыслей об эмиграции. Я физиологически не могу нигде больше существовать, кроме как в России. Ну, и тем более, ты здесь – действующая фигура, а там что, сидеть на пособие в сквере?!» Быть востребованным и признанным – то, к чему Ширвиндт стремился всю жизнь, и то, чего он в итоге бесспорно добился. В этом ему не помешало ни его еврейское происхождение, ни история его семьи, в которой были и репрессированные, и отсидевшие много лет в ГУЛАГе. Накануне художественному руководителю Театра сатиры, актеру, режиссеру и сценаристу Александру Ширвиндту исполнилось 81.

 «Ширвиндт, не морочьте себе
голову, оставайтесь!» – внезапно прозвучало из проезжавшего мимо старенького
«шевроле». Ширвиндт вместе с коллегой Михаилом Державиным в это время
прогуливались по совершенно незнакомому канадскому городу. Сюда они приехали
поднимать дух советских хоккеистов, игравших в «Кубке Канады». «Это было
сказано так, как будто мы с ним сутками напролет раньше об этом только и
говорили, – писал позже в своей книге мемуаров известный актер и режиссер. – Но
у меня никогда не было даже мыслей об эмиграции. Я физиологически не могу нигде
больше существовать, кроме как в России. Ну, и тем более, ты здесь –
действующая фигура, а там что, сидеть на пособие в сквере?!» Быть
востребованным и признанным – то, к чему Ширвиндт стремился всю жизнь, и то,
чего он в итоге бесспорно добился. В этом ему не помешало ни его еврейское
происхождение, ни история его семьи, в которой были и репрессированные, и
отсидевшие много лет в ГУЛАГе. Накануне художественному руководителю Театра сатиры,
актеру, режиссеру и сценаристу Александру Ширвиндту исполнилось 81.

 

«Моя фамилия меня никогда не
смущала»

Маленький Саша появился на свет в классической московской интеллигентной
еврейской семье. Его отец Анатолий Густавович (а на самом деле – Теодор
Гедальевич) был известным скрипачом, играл в оркестре Большого театра, а позже
преподавал в музыкальном училище. Мама – Раиса Самойловна, урожденная
Кобыливкер – работала в Московской филармонии редактором. Корни отца шли из
восточнопрусского города Ширвиндт, первые упоминания о еврейской общине
которого относятся еще к
XII веку. Мать же родилась в весьма уважаемой еврейской религиозной семье
на улице Ришельевской в Одессе.

Родители Саши принадлежали к тому поколению российских евреев, которое
национальной культуре и религии предпочитало светское образование. Вернувшись
из эвакуации в Пермском крае, где Саша успел отучиться всего год, они сделали
невозможное: устроили сына в столичную школу №110 – элитное заведение для детей
высокопоставленных родителей. Вместе с Ширвиндтом в классе, например, учился
сын будущего главы Союза Сергей Хрущев, с которым он очень дружил. Впрочем,
Ширвиндт и Хрущев остались друзьями и после школы, что давало критикам
возможность видеть именно в этом причину успеха начинающего актера и режиссера.
Однако обвинить Ширвиндта в использовании дружеских связей все-таки сложно:
прошел он свой карьерный путь с самых низов.

В детстве родители видели Сашу, разумеется, великим скрипачом. Тот же
отлынивал от занятий на скрипке, как только мог. Доходило до того, что он
отпрашивался во время занятия в туалет и в нем запирался. Только в пятом классе
стало очевидно, что битва за музыкальное будущее сына проиграна, и Саше
разрешат оставить музыкальную школу. Примерно в то же время он увлекся кинематографом.
В родительский дом часто заходили известные гости, среди которых были,
например, артист Леонид Утесов и актриса Рина Зеленая.

К окончанию школы желание посвятить себя кино и театру окончательно
сформировалось, и Ширвиндт поступил в Щукинское театральное училище. Поступить
туда ему было несложно, гораздо сложнее потом оказалось там остаться. Хотя с
бытовым антисемитизмом он сталкивался и ранее, еще в школьные годы, во времена
«дела врачей» ему пришлось ощутить его на себе в полной мере. За говорящую
фамилию и яркий национальный колорит Ширвиндта пытались выгнать из училища, а
для того, чтобы в 1956 году стать ведущим телепрограммы «Москва с точки
зрения…», ему пришлось ненадолго взять себе фамилию Ветров. Однако сам
Ширвиндт всегда рассказывал об этом с улыбкой, скорее, как о курьезном случае,
нежели как о преградах на пути к славе актера и режиссера.

«Ну да, в 1953 году «под дело врачей» меня из института
выгоняли. Я, правда, не врач, но все равно выгоняли, чистка была всего этого
населения. Но я проскочил, ничего, жив-здоров, – говорил Ширвиндт. – А следом,
да, в Театре эстрады замечательный режиссер Саша Конников делал обозрение
«Москва с точки зрения». И я, молодой, только после театрального училища,
должен был водить зрителей по Москве. И Саша сказал мне, что с такой фамилией
это утопия. Ну, я и взял фамилию Ветров. С иронией взял, потому что, когда
сажали моих дядей и теток, меня на всякий случай отправили в поселок Сокол. Там
жили наши друзья Ветровы, и я стал на некоторое время Ветровым. Но, скажу я
вам, это была единственная в моей жизни программа под чужой фамилией. Больше
моя фамилия меня никогда не смущала, нигде не мешала».

 

Профессия — Ширвиндт

В 22 года у Ширвиндта состоялся дебют в кино. Он сыграл маленькую роль
гражданина Ухова в комедии «Она вас любит». Полученный за эту роль гонорар
Александр потратил на свою давнюю мечту – автомобиль «Победа». «Я всю жизнь
любил сырок «Дружба», вареный лук и ездил долгие годы на ГАЗ-20
«Победа», который требовал регулярного ремонта, – рассказывал
Ширвиндт уже в нулевые годы. – Я, кстати, и сейчас с удовольствием пересяду на
этот «газон». Всё это, куда бы я ни метался, всё равно во мне сидит».

После дебюта начинающий актер был зачислен в штат киностудии «Мосфильм»,
однако параллельно решил устроиться и в Театр им. Ленинского комсомола. Здесь
он репетирует под руководством Анатолия Эфроса и добивается театральной славы
за роли в спектаклях «Чайка», «Каждому свое» и «Мольер». Правда, это Ширвиндту
кажется недостаточным: он хочет по-настоящему широкой известности и продолжает
пробовать себя в кино. Но вплоть до 70-х годов роли ему предлагают маленькие и
практически не запоминающиеся.

В 1968 году Ширвиндт начинает играть на сцене драматического театра на
Малой Бронной, а уже через два года переходит в Театр сатиры к своим друзьям –
Андрею Миронову и Михаилу Державину. Буквально сразу звездно исполняет роль
графа Альмавива в спектакле «Безумный день, или Женитьба Фигаро», чем открывает
череду своих крайне популярных амплуа, которых только в этом театре у него
будет больше трех десятков.

В 1975 году Эльдар Рязанов приглашает Ширвиндта сниматься в комедию
«Ирония судьбы, или С легким паром». Роль Павлика, друга Жени Лукашина,
моментально превращает Ширвиндта в актера всесоюзного масштаба. Через четыре
года – новая победа: роль сэра Самуэля Харриса в кинокартине «Трое в лодке, не
считая собаки», которая станет классикой советской комедийной школы. За этим
последуют роли Шурика в «Вокзале для двоих» и чиновника в «Забытой мелодии для
флейты». За Ширвиндтом будет закреплен статус разнопланового актера, способного
перевоплотиться в любого персонажа, однако, что удивительно, в 80-е годы
некоторые роли начнут порой писаться специально для него. Портрет
еврея-интеллигента, немного сноба, немного циника – вот его персонажи у Леонида
Гайдая, Марка Захарова, Эльдара Рязанова и Карена Шахназарова.

Параллельно с игрой на сцене и в кино Ширвиндт всегда занимался
режиссурой. Он самостоятельно поставил более десяти работ, среди которых –
«Маленькие комедии большого дома» и «Недоросль». Оказался продуктивным и союз
Ширвиндта с Михаилом Державиным. Вместе они ездили на гастроли – сначала с юмористическими
программами, позже – со спектаклями, выступали на юбилеях звезд и в
телевизионных шоу. «Мы играем по всему миру, и все приходят нас смотреть. Это
удивительно. Мы не Пугачева, мы – театр, а при этом везде аншлаги», – радовался
Ширвиндт в начале 2000-х годов. За 60 лет творческой карьеры ему действительно
удалось создать для театра и кино собственный уникальный образ, к которому шел
через студенческие «капустники», блестящий дуэт с Михаилом Державиным и
многолетнюю работу в Театре сатиры. Сейчас Ширвиндт – лауреат многих премий,
трех орденов «За заслуги перед Отечеством» и ордена Дружбы народов. Режиссер
Марк Захаров как-то сказал: «Ширвиндт, наверное, все-таки не артист и тем более
не режиссер, а если спросить, кто он такой, отвечу, что профессия у него
уникальная – он Ширвиндт».