шаблоны wordpress.

Родину люблю, но государство — ненавижу

alt«На патриотизм стали напирать. Видимо, проворовались…» – метко написал в XIX веке Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. В современной России на патриотизм тоже напирают (видимо, по той же причине). Только патриотов от этого становится все меньше. Об этом говорят данные исследования «Левада-центра». Если в октябре 2000 года 77% респондентов говорили, что считают себя патриотами России, то к октябрю 2013 года их число снизилось до 69%. А доля тех, кто себя патриотом не ощущает, увеличилась с 16% до 19%.
За последние 13 лет изменились и представления о патриотизме. Около 60% респондентов сегодня говорят о том, что «быть патриотом» – значит просто любить свою страну. Существенно меньше стало тех, кто считает, что патриот должен «действовать во благо страны»,— в 2000-м году таких было 35%, а сейчас 21% опрошенных.

Почему россияне стали хуже относиться к собственной стране

 

«На
патриотизм стали напирать. Видимо, проворовались…» – метко написал в XIX веке
Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин. В современной России на патриотизм тоже
напирают (видимо, по той же причине). Только патриотов от этого становится все
меньше. Об этом говорят данные исследования «Левада-центра». Если в октябре
2000 года 77% респондентов говорили, что считают себя патриотами России, то к
октябрю 2013 года их число снизилось до 69%. А доля тех, кто себя патриотом не
ощущает, увеличилась с 16% до 19%.

За последние
13 лет изменились и представления о патриотизме. Около 60% респондентов сегодня
говорят о том, что «быть патриотом» – значит просто любить свою страну.
Существенно меньше стало тех, кто считает, что патриот должен «действовать во
благо страны»,— в 2000-м году таких было 35%, а сейчас 21% опрошенных.

То, что «на
патриотизм напирают», заметили 42% опрошенных «Левада-центром». По их мнению,
чиновники в последнее время стали больше говорить о росте патриотизма в стране.
В октябре 2012 года Владимир Путин подписал указ, которым в
администрации президента создано управление по общественным проектам в рамках
совершенствования госполитики «в области патриотического воспитания».
Управление учит патриотизму чиновников из администраций регионов, собирая их на
семинары в Подмосковье. В том же духе действует новый министр обороны Сергей
Шойгу
– он распорядился, чтобы военнослужащие каждое утро начинали с
исполнения гимна России.

Словом, куда
ни глянь, — «напирают». Только рост реальных патриотических настроений
почему-то замечают всего 24% сограждан.

Почему у
россиян уменьшилась любовь к Родине?

– Блеск
патриотизма, который в последнее время наблюдается у госслужащих высшего ранга,
на ощущения граждан мало влияет, – считает замдиректора «Левада-центра»
Алексей Гражданкин
. – Люди устали от слов о патриотизме, они не видят,
чтобы эти слова подкреплялись реальной политикой государства. Впрочем,
специально этот аспект мы не изучали. Речь в исследовании шла о готовности
людей сделать что-то полезное для страны. Так вот, степень такой активности, по
сравнению с концом 1990-х, существенно снизилась. Думаю, дело в том, что
политика в новом тысячелетии все больше делается чиновниками, и все меньше к
ней привлекается население. Усилия и стремления россиян сделать что-то полезное
для государства были не востребованы на протяжении более чем 10 лет. В итоге, и
предложение граждан в этом направлении несколько снизилось. Можно сказать, люди
стали меньше думать о Родине, и больше – о себе…

– Патриотизм
не насаждается сверху, а является результатом правильной социализации, –
отмечает заведующий отделом социологии фонда ИНДЕМ Владимир Римский. –
Гражданин еще ребенком начинает понимать, что у него имеется общая идентичность
не только в ближайшем окружении, но и со страной в целом.

Национальная
идентичность – по современным представлениям – не должна ограничиваться этносом
или социальной группой. Не должно воспитываться ощущение, что мы – элита,
которая хорошо живет, а как живут остальные – нас не интересует. Уже по
перечисленным критериям понятно, что именно национальная идентичность в России
разрушается.

У нас –
несмотря на усилия сверху – не формируется и общая гражданская идентичность. Мы
даже не можем понять, как себя называть. Термин «россияне» не прижился. На
бытовом уровне никто себя так не называет. А другого термина, который мог бы
его заменить, нет. Получается, даже сказать о себе – как о гражданах единой
страны – не можем.

«СП»: – Но
многие искренне считают себя патриотами России, разве нет?

– Да, в
большинстве своем мы является патриотами. Но нам не просто многое не нравится в
России. Нам не нравится, что у каждого из нас нет общей идентичности со всей
страной, со всеми, кто в ней живет. Речь вовсе не о том, что ощущение единства
должно быть полным. Каждый вправе понимать, к какой семье он относится, к какой
социальной и этнической группе. Но в современном мире принято, чтобы у
гражданина присутствовало ощущение, что он живет вместе со всеми, поскольку
вместе жить эффективнее.

Чисто
экономически было бы выгодно ощущать в каждой точке страны, что мы поддерживаем
друг друга, вместе продвигаем свою единую валюту на территории, скажем,
республик бывшего СССР. И что мы спокойно, с помощью живущих вокруг, развиваем
свою экономику.

А что
происходит сейчас? Экономику развиваем с помощью мигрантов. В том числе —
незаконных. Настроены категорически против них – это наглядно показывает
«Русский марш». Получается, даже не можем представить, что способны жить и
развиваться вместе без серьезных конфликтов.

Есть еще ряд
проблем, которые мешают нам чувствовать себя частью единой социальной общности,
которую в современном мире и называют гражданской нацией. У нас гражданская
нация не складывается. А она-то и должна, по идее, быть основой патриотизма в
демократическом государстве. Принцип тут действует такой: объединяемся именно
потому, что мы – граждане одной страны. И все сограждане для нас «свои».

К сожалению,
за постсоветский период развития мы растеряли чувство близости с теми, кто
живет на нашей территории. Разбиваемся, разделяемся на группы –чаще всего по
этническому признаку. На мой взгляд, эта раздробленность – одна из самых
главных проблем России.

«СП»: –
Можно ли сказать, что отсутствие патриотизма связано с кризисом государственной
идеологии?

– Объединять
людей в гражданскую нацию должно, прежде всего, государство. Наше государство
со своими призывами к патриотизму, на деле, действует деструктивно. Хотя бы
потому, что очень плохо относится к семьям. Оно призывает рожать детей – и в то
же время создает огромные проблемы с их воспитанием. Реформа образования
устранила школу из воспитательного процесса. Что абсолютно неправильно – именно
школа должна быть центром массовой социализации детей.

Государство
после развала СССР фактически отказалось и от идеологии. На практике это
означает, что идеология формируется сама по себе, и в таком виде просто не
может сформироваться как единая для всей страны. Советское государство уделяло
много внимания формированию четких представлений о мире, о личности, о
взаимоотношениях людей. Советская госидеология ставила четкие вопросы и давала
на них понятные ответы: что такое советский народ, почему в СССР лучше жить.
Можно оценивать эту идеологию по-разному, но результат она приносила.

«СП»: –
Почему же при эффективной идеологии СССР развалился?

– В какой-то
момент оказалось, что само советское государство утратило цель. В период
позднего Брежнева практически всем стало ясно, что о построении коммунизма речь
уже не идет, а социализм вышел не очень удачным. В плане идеологии советские
руководители ничего нового придумать тоже не смогли. И в 1980-е сложилась
ситуация, очень похожая на нынешнюю. Много не слишком приятных и для власти, и
для граждан моментов затушевывались. Об этих моментах старались не говорить, их
объясняли происками врагов. И страна рухнула – потому что система воспитания
граждан перестала работать, люди разуверились в своем государстве. К сожалению,
нечто подобное происходит сейчас в современной России…

– Всегда
наблюдается обратная зависимость между усилением казенной пропаганды и
самоопределением людей, – уверен председатель Наблюдательного совета
Института демографии, миграции и регионального развития Юрий Крупнов
. –
Патриотизм сегодня, к сожалению, все чаще становится субъектом пропаганды и
словестных утверждений. Из-за этого многие граждане испытывают разочарование.
Они не могут эти правильные слова перевести в реальные дела, не видят реальных
дел. Поэтому главная проблема – разрыв между декларациями и реальностью. Если
этот разрыв будет и дальше увеличиваться, разочарование населения властью будет
нарастать. Со всеми вытекающими негативными последствиями.