шаблоны wordpress.

Я счастлив, что посвятил жизнь музыке

altОфициальной датой его рождения считается 21 ноября 1920 г., а фактически он явился на свет пятью годами позже. Яну не было и 16-ти, когда началась война. Чтобы попасть на фронт, он подправил метрику, да и выглядел на все 20.

Официальной датой его
рождения считается 21 ноября 1920 г., а фактически он явился на свет пятью
годами позже. Яну не было и 16-ти, когда началась война. Чтобы попасть на
фронт, он подправил метрику, да и выглядел на все 20.

 

ЦЕЛИТЕЛЬНАЯ СКРИПКА

Ян родился в семье
киевского парикмахера Абрама Натановича Френкеля. Малышу был годик, когда семья
переехала в Пологи под Запорожьем. Там он в четыре года взял в руки скрипку, на
которой отец выучился играть слишком поздно, чтобы стать профессионалом, но был
так увлечен музыкой, что решил приобщить к ней сына. Врачи нашли у ребенка
туберкулез. Уберегая Яника от простуд, отец под предлогом музицирования редко
выпускал его на улицу. Обучал по методу Леопольда Ауэра, требовавшего не
допускать фальшивых нот в игре учеников. Уловив ошибку у сына, Абрам небольно
дергал его за ухо. Френкель-старший убедил младшего, что от качества игры
зависит его судьба.

Когда Яну исполнилось
восемь, отец понял, что сын буквально сжился с инструментом. Прослушав
мальчика, педагог музыкального училища в Киеве Яков Магазинер был поражен
чистотой его игры. Яна зачислили в третий класс училища, по окончании которого
он в 13 лет был принят в Киевскую консерваторию по классу скрипки. Там он
оттачивал мастерство под руководством того же Магазинера, а композицию ему
преподавал профессор Борис Лятошинский. Студентом Ян подрабатывал в оркестре,
бегал по концертам, жадно впитывал новые знания и впечатления.

В начале войны
консерваторию эвакуировали на Урал. Френкель вырос до двух метров, возмужал, и
его без труда приняли в Оренбургское зенитное училище. Овладевая военными
знаниями и навыками, он продолжал играть на скрипке и сочинил свою первую песню
на слова Е.Долматовского. А в 1942 г. его отправили на фронт, в бою он был
тяжело ранен и после длительного лечения стал нестроевым. Но до конца войны
служил во фронтовом театре, играл соло на скрипке, рояле, аккордеоне,
музыкально оформлял спектакли. Здесь он встретил свою женщину — московскую
актрису Наталию Лорис-Меликову, урожденную графиню. Неприступная красавица не
сразу ответила на настойчивые ухаживания, но импозантный музыкант покорил
гордую аристократку.

 

РУССКИЕ ПЕСНИ С ЕВРЕЙСКОЙ ДУШОЙ

В 1946 г. молодожены
поселились в Москве, ютились в коммуналке на Трубной, там у них родилась дочь
Ниночка. Надо было кормить семью, и Ян устроился в джаз-оркестр. Высокий
сутуловатый брюнет с пышной шевелюрой, густыми бровями и роскошными усами
привлекал публику не только яркой внешностью. Рассказывает композитор Юрий
Саульский: «На своей скрипке он воспроизводил манеру лучших джазовых
саксофонистов. Звук ее был очень теплым, задушевным, интонации исключительно
точными». Френкель был талантливым импровизатором, дирижировал оркестром в
кинотеатрах и ресторанах, создавал партитуры для именитых композиторов.
Благодаря этому научился тонко чувствовать ритм, композицию, возможности
инструментов. Его приглашали аранжировать крупные произведения и эстрадные
песни.

Но ему хотелось
выступать с собственными произведениями. Ян стал писать музыку к спектаклям и
фильмам, а самых больших успехов достиг в песенном жанре. «У меня появилось
неодолимое желание передать то, что накопилось в душе за прошедшие сложные годы
юности, войны, сурового возрождения, — вспоминал композитор. — В этом мне помогла
песня. Она дала возможность делиться с людьми тем, что испытал». В начале
1960-х он создает песню «Годы» на слова Марка Лисянского:

Юность, наша дальняя
юность…

Не растает на висках
седина.

Годы, вы как чуткие
струны,

Только тронешь —
запоет струна.

Ее сперва приняли
немногие: слишком непривычной была элегическая минорная интонация на фоне
бравурных маршей энтузиастов. Но в период «оттепели» исповедально-доверительная
музыка Яна Френкеля стала близка публике и пробила ему дорогу в Союз
композиторов.

Так был создан
лирический «Текстильный городок» на стихи Михаила Танича. В тандеме с другом,
сыном репрессированных евреев, Френкель создал около двух десятков песен,
разных по тематике и стилю («Как тебе служится?», «Ну что тебе сказать про
Сахалин», «Любовь — кольцо», «Гуси-лебеди» и др.) Композитор-песенник обладал
даром находить соавторов, с которыми творил в резонанс. Это поэты Игорь Шаферан
(«Сколько видано», «Для тебя», «Кто-то теряет, а кто-то находит»), Юрий
Левитанский («Баллада о гитаре и струне»), Роберт Рождественский («Погоня»).
Вместе с Константином Ваншенкиным (Вайншенкелем) он сочинил такие хиты, как «Я
спешу, извините меня», «Вальс расставания», «Обучаю игре на гитаре». А с Инной
Гофф, его женой, сотворил еще три берущих за душу шедевра: «Август», «Русское
поле», «Отчего ты плачешь?».

Вершиной творчества
Френкеля стали его «Журавли». В 1968 г. «Новый мир» опубликовал стихи Расула
Гамзатова о джигитах, посмертно обратившихся в журавлей. Их прочел Марк Бернес
и попросил переводчика Наума Гребнева адаптировать текст для песни, а Яна
Френкеля — написать к нему музыку. В эту проникновенную мелодию композитор
вложил свою боль о безвозвратно ушедших фронтовых друзьях. «Журавли» мгновенно
стали излюбленной песней о войне, вызывавшей слезы у рядовых и маршалов.
Потрясением для зрителей стала и песня Френкеля о любви «Калина красная»» в
одноименном фильме Василия Шукшина.

Один из друзей
сочинил в честь композитора частушку:

Годы Яна — без
изъяна!

Темной ночью, ясным
днем

В русском поле без
баяна

Журавли поют о нем.

А М.Лисянский сказал:
«Он создал чистые и прозрачные мелодии, негромкие, искренние песни, обращенные
к душе человека».

Удивительно, как
вундеркинд из простой семьи, где говорили на идише, отмечали главные иудейские
праздники, распевая озорные и печальные еврейские песни, столь органично впитал
в себя русскую музыкальную культуру, ее самобытный мелос, сохранив свою
еврейскую душу, отзывчивую к радости и страданиям людей. При этом ни в одной из
них нет явно еврейского акцента. С успехом давая концерты в Израиле, Френкель
был приглашен и в православный монастырь, о чем вспоминал в кругу близких: «Вот
так еврей из Москвы в Иерусалиме, в гостях у митрополита Русской православной
церкви, пел песню о русском поле на слова Инны Гофф. Наутро наш разговор продолжился,
я спел ему мои любимые еврейские песни, и он спросил, знаю ли я „Ди хасене из
гевен ин дер казарме“.
Я стал петь, он — подпевать».

 

ИЗДЕРЖКИ СЛАВЫ

Произведения Френкеля
прочно вошли в репертуар лучших солистов эстрады, а непревзойденным их исполнителем
стал сам композитор. Секрет собственной популярности он объяснил так: «Я
уверен: песней обо всем можно сказать по-своему, не крича». И он говорил со
слушателями в интимно-доверительной манере, не оглушая их патриотическим
пафосом.

Неожиданный взлет
малоизвестного автора вызвал неприязнь у коллег, заклеймивших творчество
Френкеля как «бесперспективное». Обсуждение «Текстильного городка» в Союзе
композиторов веско завершил Дмитрий Шостакович: «Очень талантливо и мелодично!»
Но и на этом злоключения не кончились. Триумф песни «Журавли» вызвал
раздражение у старых большевиков, узревших в ней мистико-религиозный подтекст.
На сей раз за композитора вступились фронтовики, и Брежнев на кляузу наложил
резолюцию: «Песню исполнять, но пореже». Черную зависть недругов возбудила и
победа, присужденная авторитетным жюри беспартийному песеннику по результатам
конкурса на новую оркестровку гимна Советского Союза.

Всенародная слава
далеко не сразу принесла достаток семье Френкеля. Склочные соседи скандалили по
поводу мелодий, которые композитор подбирал дома на фортепиано и напевал по
телефону друзьям. Он сочинил около 200 песен, его музыка звучала в 65 фильмах,
в трех из них он сам снимался. Но ему с немалым трудом удалось скопить деньги
на кооперативную квартиру. Полегчало, когда посыпались награды и титулы:
Госпремия, звания заслуженного деятеля искусств, народного артиста Дагестана,
РСФСР и СССР, орден Дружбы народов. Френкеля выбрали первым заместителем
Родиона Щедрина, председателя Союза композиторов России. Он писал статьи на
музыкальные темы, организовывал песенные фестивали и конкурсы. Многим
музыкантам помогал решать бытовые вопросы. Каждый, кто встречался с Яном
Френкелем, был покорен обаянием этого человека, его мягкостью, простотой и
благородством. Известный российский композитор Юрий Рабинович говорит: «Ян был
настоящим евреем и гордился этим. Общаться и работать с ним было очень приятно.

В одном интервью
Френкель признался: «Я посвятил свою жизнь одному из самых прекрасных искусств…
А план у меня — прожить подольше, написать побольше. Сказать о том, о чем еще
не успел. О важнейших человеческих ценностях».

После 60 здоровье Яна
Абрамовича резко ухудшилось: сказались последствия болезней в детстве,
фронтовой травмы, множества жизненных стрессов. Врачи посоветовали смену
климата и полный покой, и семья переехала в Ригу, где композитор скончался 25
августа 1989 г.

Хоронили Яна
Абрамовича Френкеля в Москве на Новодевичьем. Когда гроб опускали в могилу,
звучала запись его грустного баритона:

«Настанет день, и с
журавлиной стаей я поплыву в такой же сизой мгле…»

Наташа пережила Яна
всего на пять лет, дочь Нина с мужем Эрнесто живут в Италии. Внук, тоже Ян
Френкель, — пианист и композитор, которого не приняли в Московскую
консерваторию, — окончил Манхэттенскую музыкальную академию и с 2011 г. —
директор музыкального отделения кадетского корпуса Академии береговой охраны
США. В память о его дедушке учрежден международный фестиваль «Утро планеты».
Ежегодно в день рождения маэстро в Москве вручаются премии им. Яна Френкеля в
области песни и исполнительского мастерства. Утверждена даже медаль лауреатам,
но для ее воплощения в металле пока не нашлось денег.